Девочка кивнула, и он подумал, что ее белесые в лунном свете глаза на самом деле серые, как у него и у его сестры Сорчи. Такие же глаза были у Фионна… Дайрмид вздрогнул. Господи, как же он раньше не заметил, что девочка поразительно похожа на его красавца брата? Словно это сам Фионн укоризненно смотрел на него ее глазами, напоминая о невыполненном обещании…

Дайрмид чуть не застонал от бессилия и муки – он поклялся отцу Бригит беречь ее как родную дочь, и что получилось из его благих намерений? Красноречивый ответ на этот вопрос сидел на луке его седла.

На смену угрызениям совести пришел гнев. Горец сжал кулаки – хорошо же обращается с его племянницей воспитатель, которому он ее доверил! – и глухо спросил:

– Где Сим Маклахлен?

Бригит вздрогнула и сжалась в его руках, как затравленный зверек.

– Симми умер, – тихо ответила она. – Они все умерли, кроме бабушки Мораг. Она взяла меня к себе, в свой маленький домик.

– Не бойся, малышка, теперь ты в безопасности, – сказал Дайрмид, проглотив подступивший к горлу комок. – Я твой дядя Дайрмид Кемпбелл. Мы поедем домой, в Даншенский замок, но сначала я хочу сказать пару слов этой Мораг. Где ее дом?

– Тут неподалеку, – ответила девочка. – Но она, должно быть, спит…

– Ничего, мы ее разбудим, – едва сдерживая ярость, проговорил он и, бережно прижимая к себе ребенка, двинулся навстречу крепчавшему ветру.

Сентябрь 1322 г.

Тоненькая багровая полоска на востоке становилась светлее и шире, постепенно заполняя все небо. Дайрмид и Мунго Макартур, его родственник и ближайший друг, ехали вверх по склону пологого холма. Дайрмид задумчиво наблюдал за тем, как утренний свет заливает синевшую на горизонте горную цепь: за ней, на западном побережье, стоял Даншенский замок. От Пограничных холмов, где расположилась армия короля Роберта, до него было семь дней пути…

Несколько дней назад, после двухмесячных походов с Робертом Брюсом против англичан, Дайрмид наконец получил высочайшее позволение вернуться вместе с Мунго домой. Правда, за это он должен был выполнить одно тайное поручение короля, и цена монаршей милости оказалась намного выше, чем предполагал даншенский лэрд. Но он согласился бы выполнить любое задание, лишь бы иметь возможность вернуться домой.