— Послушай…
Пенни подняла взгляд. Джонни с печальной улыбкой наблюдал за ней.
— У меня кое-какие дела. Я позвоню тебе вечером.
Несколько мгновений Пенни с отсутствующим видом смотрела на него, затем покраснела и окончательно очнулась от своих мыслей.
— Хорошо… Прости, я была за тысячу миль отсюда.
Провожая Джонни, она испытывала чувство облегчения. Воспоминания о Нике растревожили душу и наполнили ее горьким сожалением. Но оплакивать ошибки — пустая трата времени. Лучше подумать о том, как прокормить себя и сына, после того как Лиз оставила ее без гроша в кармане!
Ну и погода! — думал Ник. Машина въехала на вершину холма, и дикий порыв встречного ветра заставил его с силой стиснуть рулевое колесо. Но этот гнущий деревья ветер был легким бризом по сравнению с бушующей в груди Ника холодной яростью. Вчера в Хьюстон прилетел бухгалтер Люси Тревис и попросил о срочной встрече с Ником. Он привез дурные вести. Не посоветовавшись ни с кем, Люси дала взаймы все свои деньги женщине по имени Лиз Уоррен.
Ника ничуть не удивило, что его теща исчезла, не вернув доверчивой Люси ни единого цента.
— Полагаю, что с самого начала имел место намеренный обман, — мрачно сообщил бухгалтер. — Кстати, Люси познакомила с Лиз Уоррен молодая женщина, которую та знала с детства… дочь этой самой Уоррен, Пенни.
Эта новость ошеломила Ника. Предположение о том, что его жена помогла вытянуть деньги из Люси, казалось немыслимым: ведь Пенни всегда была предельно честной.
Но еще более тяжкому испытанию знаменитые стальные нервы Ника подверглись, когда в ходе разговора выяснилось, что Пенни стала матерью. Прошлой осенью, когда Пенни посетила Люси, ее ребенок еще лежал в больнице. Его юная невеста, его сбежавшая жена… Пенни родила ребенка от другого мужчины, формально оставаясь его женой!