— Это та куртка, которую ты носил в детстве?

Он кивнул.

— Ты ее узнала?

— Тебе, наверное, очень плохо платят, если ты не можешь позволить себе купить приличную одежду. — С тех пор как он забросил журналистику и занялся сиротским приютом, она догадывалась, что его заработок сильно упал. Но бедность Люку не угрожала, так как дедушка оставил ему в наследство трастовый фонд.

Он пожал плечами.

— Я не могу расстаться с этой курткой. Она мне о многом напоминает.

Делия одарила его скептическим взглядом, и он рассмеялся.

— К тому же куртка очень удобная.

— Люк, ты опять поддразниваешь Делию, да?

Делия обернулась и увидела Донну, присоединившуюся к ним в патио.

— Нам надоели ваши бесконечные перепалки еще тогда, когда вы были детьми, — сказала Донна.

— На самом деле я только похвалил ее модную прическу, — весело ответил Люк. — Но она не верит, что выглядит потрясающе.

Донна повернулась к Делии, чтобы внимательнее приглядеться к ее облику.

— Мне кажется, она стала похожа на Одри Хепберн.

Делия рассмеялась.

— Ты шутишь, Донна. А ты, Люк, последний человек, которому бы я поверила.

Делия гордилась собой: она выглядела спокойной, собранной и сдержанной. И никто бы не заподозрил, что это всего лишь маска. Никто не знал, что более половины своей жизни она провела, сравнивая каждого мужчину, оказывавшегося рядом, с единственным. И отказывала им, так как они всегда были далеки от ее идеала.

— Я думала, ты приедешь с Ивонной, — сказала Донна. — Ты же не оставил ее в Индии, не так ли?

На лице Люка на мгновение появилось отстраненное выражение. Но когда он обернулся, взгляд его был безмятежен.

— Да, она все еще там, насколько мне известно. Я объясню, когда мы соберемся все вместе.