Определенно, он просто становился ненормальным.

Даже Андрей уже подозрительно на него поглядывал. Впрочем, не было никаких сомнений, что друг и приблизительно не догадывается о происходящем.

Иначе, не делился бы так охотно сведениями.

Остановившись, Слава уперся локтями в ручки тренажера и положил голову на кулаки. Кожа была мокрой, а дыхание тяжелым после подобной нагрузки. Но он даже не замечал этого.

Андрей сказал, что Ната носит браслет. Его браслет. При одной мысли об этом, что-то сжималось внутри. Он и не надеялся, что она его наденет. Не после того…

А, чтоб его!

Спрыгнув с велосипеда, не обращая внимания на боль, он резко сдернул с перекладины турника полотенце и вытер лицо и шею от пота.

Она носит его браслет.

Слава все равно не мог поверить, даже после рассказа Андрея. Больше всего ему хотелось самому увидеть это. Крепко взять ее руку в свою ладонь и долго смотреть, так ли переливается белое золото и платина на ее коже, как он представлял это себе бессонными ночами, споря и ругаясь со швейцарским ювелиром по Scype. Такой ли он теплый на ее руке, как Слава воображал, лежа в темноте в пустой постели. И звенят ли те колокольчики при каждом ее движении так, как он требовал этого при заказе…

Однако Слава знал, что не сделает ничего подобного.

Святослав сам установил границы и рамки, и не собирался отступать от принятого решения. Тем более что то — являлось единственно верным.

Но, черт возьми! Как же это оказалось сложно.

Отбросив полотенце, он с удивлением осознал, что уже минут пятнадцать просто стоит посреди тренажерного зала, глядя в никуда.

Глупое, пустое занятие. Уж лучше бы занялся документами.

Выйдя в коридор, он погасил свет в комнате и пошел за портфелем, который бросил у двери. Но, уже взяв его в руки, Святослав поддался внезапному и ничем не обоснованному порыву. Отбросив дипломат, он схватил с вешалки спортивную куртку и, не задумываясь над тем, что делает, взял ключи от внедорожника с тумбочки.