– Опять, – вздохнул я.

– Времени у тебя много, – потянулась, выгнув спинку Сильва. – Заведи собаку и убеждай ее. Она будет преданно смотреть тебе в глаза и во всем соглашаться.

Конечно, во многом Сильва права. Кошки живут пятнадцать лет, люди намного больше. Пять лет из своих пятнадцати Сильва оставила за хвостом. И насчет собак права. Кошки гуляют сами по себе и смело смотрят на королей. По телевизору. Где еще увидишь живого короля? И разговор об инстинктах – как заезженная пластинка. На 33 оборота. Такой же старый и безнадежный спор. Но Сильва меня любит. Я утверждаю, что любовь – это инстинкт. И одного этого достаточно, чтоб оправдать их пользу. Что говорит Сильва? Что это чушь собачья, что это не любовь, а привычка, что лучше жить в тепле и уюте, чем голодной под лестницей. Что ей вполне достаточно, что я ее люблю. Браки по расчету самые крепкие. Мы в ответе за тех, кого приручили. И те-де. На самом деле чушь собачья. Вот сейчас сидит и заднюю лапу вылизывает. Инстинкт? Инстинкт! Линяет ведь. Потом ее шерстью рвать будет.

Кончила вылизывать лапы, попыталась вымыть за ушком и сморщила носик.

– Иди сюда, шлем сниму.

– Фффф!

– Умоешься – снова надену.

Укоризненный взгляд, и нервное подергивание хвоста. Оба смотрим на хвост. Хвост – тоже аргумент в споре об инстинктах. Поэтому он прижимается лапой и вылизывается.

Да, возвращаться к компьютерному варианту ИИ я не стал. Но как-то встретил школьного друга, разговорились, и я зашел к нему на работу. До сих пор помню дату – 12 июня 2018 года. Белые ночи, пустые коридоры, сонная старушка на вахте… Пили растворимый кофе, хвастались, вспоминали однокласников. Потом я скачал ему из сети и помог настроить пакет символьной аналитики. Объяснил, что надо сделать со сдохшим принтером/сканером. И впервые увидел кошку в нейроиндукционном шлеме. Не только увидел, но даже помог надеть и подключить этот самый шлем. Кошка была против…

На этом и конец истории, если б… Если б у меня дома не было кошки.