– Я… я никогда раньше… Я не хочу, чтобы ты думал… Я не из тех, кто прыгает в постель… Это первый раз за два года… я…

– Шш, все хорошо. Было так, как было, – тепло, чудесно и естественно. Ни один из нас не должен давать никаких клятв. Спи, Морган, – прошептал он.

– Ты не уйдешь? – спросила Мо сонным голосом. – Мне бы хотелось проснуться рядом с тобой.

– Не уйду. Я тоже буду спать.

– О'кей.

Это была ложь, хотя и маленькая. Как будто он мог спать! «Эта девушка принадлежит другому, Бишоп, – сказал он себе, – так что не увлекайся». Как ему было с ней хорошо, и как хорошо сейчас! Что он сказал ей? О да: «Было так, как было». «Черт бы тебя подрал, Кейт или как тебя там. Ты не заслуживаешь ее. Пусть твой проклятый член отвалится. Ты не верен этой девушке. Я знаю это так же точно, как то, что солнце встает по утрам. Она это тоже знает, просто не хочет признаться».

Маркус уставился в огонь невидящим взором. Завтра она уедет, и он больше никогда ее не увидит. Он же будет жить дальше со своей операцией, своей работой, своими проблемами. Будет жить вдвоем с Мерфи.

Было четыре часа утра. Маркус позвал собаку и велел ей лечь на его место. Мерфи будет ее согревать, пока он приведет себя в порядок. Он перевернулся, ухватился за спинку кушетки и встал на ноги. Острая боль пронзила его тело, когда он добирался до ванной с помощью двух палок. Это была его ежедневная прогулка, прописанная ему врачами. Он скрипел зубами, и слезы бежали по его щекам. В ванной Маркус сел на специальное сиденье, включил душ. Он долго сидел под душем. Одевался Маркус двадцать минут.