Четверо друзей играли в баскетбол. Двое на двое. Они играли всего только несколько минут, но Кристина Ким уже вспотела. Она запросила перерыв и схватила полотенце. Френки Абсалом, судья этого, с позволения сказать, матча, и Аристотель, ее верный ньюфаундленд, — оба вопросительно на нее уставились. Она сделала гримасу и, в свою очередь, уставилась на них.

— Ничего страшного, просто мне жарко. Что, непонятно?

Френки, еще сильнее запахнув свою куртку и потуже натянув на уши лыжную шапочку (а колени его прикрывал еще и плед), понимающе ухмыльнулся:

— Ах, вот оно в чем дело, — и желая подразнить ее, добавил: — Ты, видимо, сегодня не в форме.

Аристотель, естественно, ничего по этому поводу сказать не мог, он только порывисто дышал, насыщая холодный воздух своим теплым собачьим дыханием. Во время воскресных игр, которые всегда устраивали в двенадцать, отлучаться ему не позволялось. Ничего не поделаешь, приходилось покоряться, но хвост его трепыхался — так он по-собачьи выражал свой протест.

Подошли остальные участники встречи — Джим Шоу, Конни Тобиас и Альберт Мейплтоп. Кристина достала из своего рюкзачка бутылку с водой, открыла ее, плеснула себе на лицо, а затем вытерлась снова. Для конца ноября в этих местах было довольно холодно, но она вся горела.

Джим тронул Кристину сзади за шею:

— В чем дело, Крисси? С тобой все в порядке?

— Ну, может быть, хватит? — сказал Альберт. — Чего мы ждем? Тянем время?

Кристине, наоборот, хотелось, чтобы время летело быстрее. Скорей бы час дня, когда она должна встретиться с Говардом Кимом в ресторане «Таверна Питера Кристиана». Ей так хотелось поскорее покончить с этим обедом, ей так не терпелось, что она просто ни о чем другом и думать была не в состоянии.