Дверь скромной квартиры открылась, и у Анджело перехватило дыхание.

Джинсовые шорты облегали ягодицы и были ровно такой длины, чтобы загорелые ноги Тейры казались немыслимо стройными. Футболка лимонного цвета не мешала разглядеть под тонкой тканью твердые соски. Руки Тейры были скрещены на груди как бы в оборонительном жесте, и Анджело вдруг осознал, что таращится на нее, как невежественный подросток в стриптиз-баре.

И тем не менее он не смог отвести взгляд, продолжая изучать ее. Волосы забраны в конский хвост. Никакого макияжа.

– Вам можно дать восемнадцать.

Причем чертовски сексуальные восемнадцать.

Хорошо, что он знает: ей двадцать четыре. В противном случае он почувствовал бы себя развратным мерзавцем.

– И вы не похожи на руководителя корпорации, – ответила она комплиментом на комплимент.

– Вы хотите сказать, что меня от посредственности отличают только деловые костюмы?

Тейра рассмеялась и покачала головой.

– Вам посредственностью быть не суждено.

Не хотелось бы напоминать, что мало кто из мужчин надевает на пикники с шашлыками майки от Армани и шорты «от кутюр».

Анджело вскинул брови. Тейра улыбнулась.

– Я была манекенщицей. Определять стиль модельера – мое ремесло.

– Я таким даром не наделен.

Ее взгляд сказал, что она не поверила, и ему захотелось улыбнуться. В его мире мужчины хорошо разбираются в женской моде по очень простой причине: так легче выбирать подарки, которые женщины смогут оценить наверняка. Но этот сорт женщин никогда его не привлекал.

– Вы готовы? – только и спросил он.

Тейра кивнула, и он отступил, чтобы она могла закрыть дверь. На мгновение она оказалась всего в нескольких дюймах от него.

Когда Анджело нагнулся, чтобы распахнуть перед ней дверцу машины, он заметил, что ее глаза затуманились от подавляемого желания. Это хорошо.

Тейра хочет его. Пройдет совсем немного времени, и она ляжет с ним в постель – вопреки ее отвращению к воротилам бизнеса.