Нелюбезная французская телефонистка раздраженно сообщила Адаму, что первый из вызовов перенесен на более поздний срок. Изнывая от нетерпения в ожидании, Адам от нечего делать принялся озираться по сторонам. Внимание его привлек книжный шкаф, содержавший первые издания всех без исключения книг Элинор. Адам пробежал взглядом по корешкам, большинство из которых пестрели романтическими словами типа: „любовь", „сердце", „стрела", „страсть", „пламя", „мечта", „поцелуй", „зачарованный". Особенно бросились ему в глаза три заглавия: „Мечта сердца", „Пламя страсти" и „Пламя сердца"

В отличие от многих мужчин, Адам не рассматривал произведения Элинор как предмет осмеяния. Однажды в разговоре с Майком, подтрунивавшим над его интересом к творениям Элинор Дав, он высказался убежденно и серьезно, чем поразил младшего брата:

– Ты не прав, Майк. Пусть интеллектуалы высмеивают себе романтические книги, а мужчины – такие, как мы с тобой, – могут многое почерпнуть из них. Они для нас – путеводители по сфере женских желаний. Зачастую женщина просто ищет и находит в них то, чего не хватает ей в ее реальных отношениях с мужчиной: может быть, не столько секса, и даже не любви, а романтики. А ведь это нужно мужчине – во всяком случае, тогда, когда он в первый раз влюбляется и это захватывает его настолько, что ему не важно, что о нем думают другие. Потом, когда он спускается с небес на землю, ему не по себе от собственной сентиментальности, и он открещивается от нее, не желая признать, что она тоже составляет часть его натуры. Мы все попадаемся в эту ловушку, и не похоже, чтобы тут намечались какие-то перемены. А до тех пор, пока они не произойдут, Майк, пока мужчины и женщины находятся по отношению к романтике в равном положении, те из мужчин, которые понимают, как действует романтика на женщин (особенно замужних), могут вертеть ими как хотят и в любой момент обвести вокруг пальца.