– Да, в общем-то, все уже более или менее ясно. Мы не получим ни гроша в течение ближайших трех лет, а может быть, и дольше, – ответил Джонни. – Честно говоря, я в полном нокауте. Мне придется продать дом.

Адам выругался. Знаменитая неограниченная ответственность „Ллойдс" означала, что и он также будет объявлен банкротом.

– Сколько времени они могут подождать с уплатой? – спросил он.

– Ты же знаешь, старик, „Ллойдс" никогда не ждет. Платить следует немедленно, как только арбитры вынесут решение: на том стоит вся репутация „Ллойде". С „Ллойде" не стоит связываться, Адам. Ты ведь сам знаешь, – прибавил Джонни. – Потом с тобой и знаться никто не захочет – уж „Ллойде" об этом позаботится.

После разговора с Джонни Адам позвонил Неду Синклеру, главному бухгалтеру „СЭППЛАЙКИТС".

– Нед, – усилием воли Адам заставил свой голос звучать спокойно. – Мне хотелось бы, чтобы ты еще раз взглянул на то, что предлагает „Кэйрфри" – эти беспошлинные магазины в аэропортах. Знаю, что они запрашивают больше, чем мы хотели бы, но, если ты помашешь перед носом главного менеджера новыми акциями, думаю, тебе удастся убедить его, а он уговорит других. Так что потолкуй с ним, узнай, чего он хочет, и вместе придумайте что-нибудь к следующей неделе.

– Я уже занимаюсь этим, – бодро ответил Нед. Положив трубку, Адам вздохнул. Снова его левая рука принялась теребить волосы, но на сей раз, кажется, все-таки забрезжил свет в конце туннеля. Если как следует пошевелить мозгами, всегда где-нибудь что-нибудь да найдется. Адам чувствовал, что сделка с „Кэйрфри" выгорит. А в поле зрения у него еще немало других интересных сделок.

И, может быть, сейчас как раз подходящий момент, чтобы начать игру козырными картами. Таких удачных обстоятельств, скорее всего, больше не представится. Пожалуй, надо будет подстраховаться.

Скотт дозвонился до Сарасана как раз тогда, когда только что прозвучал гонг, призывавший на обед. Аннабел стремглав поднялась в свою комнату и бросилась на кровать, покрытую лоскутным уэльсским покрывалом в кремовых и розовых тонах.