Еще через несколько лиг он заметил в горах долину в форме чаши и озеро. В центре озера на высокой скале стояла полуразрушенная крепость. Над башнями поднимался дым, словно там работали таинственные машины, пар стлался над прибрежными водами. Алый флаг трепетал над самой высокой башней, на его кровавом поле черная корона венчала серебристую цитадель. Крошечные фигурки двигались на стенах крепости, свет отражался от шлемов и мечей.

Гаурис точно не знал, где он найдет ту, кому следует доставить королевское послание; но ему было известно, как ее искать: сражения и разрушения, дым и страх. Там, где она, собираются тучи. Ворон сложил крылья и нырнул к крепости.

Ворон мчался так быстро, что люди во дворе заметили лишь черную вспышку, а Гаурис уже пролетел сквозь брешь в стене сторожевой башни и уселся на прогнившей балке, спрятавшись в глубоких тенях.

Внизу, во дворе, под яростный бой барабана маршировали два десятка рыцарей в доспехах – черных, совсем как оперенье Гауриса. У каждого красный щит с такой же серебристой башней и черной короной, как на флаге, развевавшемся над крепостью. У каждого палаш на бедре.

Колонна рыцарей продвигалась вперед, а изможденные мужчины и женщины, одетые в тряпье, спешили уступить им дорогу, сжимая в руках ведра с водой или куски торфа. В их глазах мерцал страх. На тыльной стороне ладони у каждого, было выжжено клеймо.

Когда рыцари оказались в центре двора, ворота крепости распахнулись и еще трое ониксовых воинов выехали наружу на черных, словно сажа, скакунах.

Лошади остановились, и один из пеших рыцарей подошел к всадникам. Гаурис склонил голову набок и прислушался к их разговору.

– Привет во имя прошлой славы, – сказал пеший рыцарь, прижав кулак к доспехам. Его голос прозвучал глухо из-под шлема.

Один из всадников заставил свою лошадь сделать пару шагов вперед и повторил приветствие.

– Привет во имя будущей славы.