Выехали с рассветом. Утро на Ресте начиналось с невнятного шепота пустыни. Остывшая за ночь почва быстро прогревалась и тихо шелестела, вспучиваясь и заполняя трещины в скальной породе. Высокий коэффициент объемного расширения – только и всего. Но когда просыпаешься от непривычного гула, ощущаешь под ногами вибрацию массы, как-то не думается о физической стороне явления.

Тюдор молчал, пока автоматика проверяла моторы и системы управления. Кар, напоминавший по форме раскоряченную лягушку, подпрыгнул и ринулся в пустыню. Автоматы заложили крутой вираж, и я увидел Спицу. Вольф освещал ее в лоб, теней не было, и Спица казалась далекой, как звезды. Предки сравнили бы ее с гигантской – увеличенной в тысячи раз – телевизионной башней... Кар взбирался в небо, как в гору – давало себя знать автономное поле тяжести Спицы.

– Я слышал, вы учились у Астахова, – сказал Тюдор. – Это чувствуется. Я знаком с вашими работами. Планета-лазер. Динамичные ландшафты... В ваших идеях нет системы. Интуиция, возведенная в абсолют. В работах Астахова – тоже. Разница в том, что вы не пытаетесь – и справедливо – подводить псевдонаучную базу под свой талант.

– Вы слишком хорошо обо мне думаете, – сказал я с кислой улыбкой. – Я хотел видеть Игоря Константиновича, потому что и сам занялся подобным делом...

Взгляд Тюдора был откровенно неодобрителен. У него исчезло желание разговаривать. Перейдя на ручное управление, Тюдор повел кар на посадку. Площадка, на которой мы сели, была ровной металлической поверхностью с едва различимыми стыками между отдельными листами конструкций. Неподалеку возвышался ряд монтажных башен, окружавших бесформенное сооружение с красной надписью "Планк-31". Это был один из внешних выводов вариатора постоянной Планка. Неказистый на вид, никакой внушительности. Остальные девяносто девять тянулись вдоль горизонтального пояса Спицы на высоте двухсот тридцати километров над Рестой. Лишь подумав об этом, я понял, что и сам нахожусь сейчас на этой высоте и стою вовсе не на планете, а на вертикальной поверхности Спицы. Вольф висел над головой – на самом деле он недавно взошел, и на планете еще не укоротились тени.