— Он заслуживает лучшей участи, — много раз повторяла Уна.

— А почему ты считаешь, что только женитьба изменит к лучшему его жизнь? — поддразнивал ее Пэт.

Однако независимо от того, что думала Уна, убедить Ника она ни в чем не могла. И наконец отступилась. В свои тридцать пять лет Ник, казалось, был вполне счастлив и к тому же слишком занят для того, чтобы уделять внимание жене и детям. Он проводил по пятнадцать-шестнадцать часов в сутки в аэропорту О'Мэлли. Единственной, кто проводил там не меньше времени, чем Пэт и Ник, была Кэсси.

Ей исполнилось семнадцать лет. Большую часть своей сознательной жизни она провела в отцовском аэропорту. Кэсси могла заправить любой самолет горючим, подать сигнал на посадку и подготовить самолет к взлету. Она содержала в порядке взлетные полосы, чистила ангары, мыла самолеты из шланга, а каждую свободную минуту проводила в разговорах с пилотами. Она знала устройство всех моторов и особенности любого самолета, имевшегося в их распоряжении. Более того, она инстинктивно чувствовала, если что-то было не в порядке. Ни одна мельчайшая деталь, пусть даже самая сложная и запутанная, не ускользала от ее внимания. Она замечала, знала и помнила все. И могла бы, наверное, с закрытыми глазами, по памяти, поднявшись в воздух, описать любой самолет.

Да, она росла необыкновенным ребенком.

Нередко Пэту приходилось ссориться с ней чуть ли не до драки, чтобы заставить пойти домой помочь матери. Кэсси в таких случаях отвечала, что там есть сестры, а в ней мать не нуждается. Пэту же хотелось избавиться от нее. Нечего девчонке торчать в аэропорту, она должна быть дома, там ее место. Но если ему и удавалось прогнать ее, на следующий день в шесть утра, подобно солнцу, возвращающемуся на небо каждое утро, Кэсси снова приходила в аэропорт, чтобы побыть там час или два до начала занятий в школе. В конце концов Пэт оставил ее в покое.