Некоторое время она не догадывалась о прозвище, каким наградили ее ученики. Валерия впервые услышала его из уст секретарши директора сегодня, когда выходила из его приемной. Насмешливо брошенное слово не могло ранить ее больше, чем предшествовавший ему разговор.

— Валерия Николаевна, вы нам не подходите. Мы заключили с вами контракт на пол года…

— Я надеялась…

— Ваши надежды были напрасными и беспочвенными.

— Разве я не справлялась с работой?

— Справлялись. Но, если помните, мы взяли вас на это место только потому, что прежняя учительница нас неожиданно покинула и… — высокомерный зазнайка неожиданно смутился, — господин Зарецкий вас рекомендовал, хотя вы были слишком молоды, чтобы работать в нашей школе.

— У меня академическое образование.

— Тем не менее, вы не подходите на эту должность, — директор прокашлялся и продолжил. — К тому же, вышеназванный господин больше не является членом совета попечителей школы. А у нового председателя совета дочь закончила вуз и… Вы уволены. Можете быть свободны.

После этих слов, он нагло уставился в монитор компьютера. Валерия была уверена, что этот тип раскладывает пасьянс в рабочее время. Ей ужасно хотелось разоблачить дармоеда и подхалима, а еще крикнуть, что дочь председателя совета попечителей еще моложе ее.

Но вместо этого, еле сдерживая слезы, Лера вышла из шикарного, слишком шикарного для директора школы кабинета и, гордо расправив плечи, медленно прошла перед столом расфуфыренной секретарши. Интересно, почему общие требования к одежде не распространялись на эту особу? Наверное, Валерия поступила невежливо, когда не попрощалась с этой куклой, но брошенное ей вслед «Мышь!», тоже не имело никакого отношения к правилам хорошего тона.