– Я, как могла, описала нашу ситуацию. Вы мне поможете?

К ее раздражению, немедленного ответа не последовало. Однако он и не отказался. Хотя очень долго изучал Пенелопу, достаточно долго, прежде чем осведомиться:

– И как, по-вашему, будет вестись наше расследование?

Пенелопа скрыла улыбку.

– Я подумала… если вы свободны, может, посетите завтра наш приют. Получите некоторое представление о том, как мы работаем и каких детей берем. Ну а после…

Барнаби пришлось выслушать вполне рациональный план, который позволит ему узнать основные факты. Достаточно, чтобы начать расследование и, возможно, добиться первых результатов.

Слушая, как разумные, логически обоснованные слова слетают с налитых соблазнительных губок, он все больше убеждался, что Пенелопа Эшфорд опасна для него. Опасна в полном соответствии со своей репутацией, а возможно, и еще больше.

В его случае, несомненно, больше, учитывая восхищение ее губами.

Кроме того, она предлагала то, до чего ни одна молодая леди не додумалась, – помахать перед его носом интересным делом, как морковкой перед конской мордой.

Дело. Как раз в ту минуту, когда он отчаянно нуждался в таковом.

– Как только мы поговорим с соседями, которые видели как уводили Дика, надеюсь, у нас появится какой-то след.

Ее губы перестали двигаться. Барнаби тихо, облегченно вздохнул.

– Надеюсь, что так, – подтвердил он, немного поколебавшись: было совершенно очевидно, что она вознамерилась принять самое активное участие в предполагаемом расследовании.

Учитывая тот факт, что он знал ее семью, честь диктовала немедленно отговорить ее от столь рискованного предприятия и предоставить ему гоняться за злодеями. Но все надежды на то, что она будет мирно ждать его у очага, встретят ее яростное сопротивление. Поэтому он утвердительно наклонил голову:

– По счастью, я завтра свободен. Давайте встретимся утром в вашем приюте.

Позже он осторожно вытеснит ее из расследования – после того как соберет все факты и выведает все, что она знает об этом странном деле.