Но Ира ему не верила. Она знала, сколько ее брат обычно ел, и сколько их родители подшучивали над вечно-голодным Игорем. Да и понимала, что он просто экономит на себе, поражаясь, сколько Игорь вообще должен был откладывать ту мизерную сумму, которую им давали каждый день на траты, чтобы устроить ей такую экскурсию.

   Она сама тоже их копила, чтобы купить Игорю подарок на день рождения. Но даже не представляла, что и он думает о ней. Ведь Игорь вел себя так холодно и отстраненно дома.

   Потому, игнорируя его отказы, Ира каждый раз честно делила еду напополам. То есть, это она ему говорила, что честно. Но себе брала "меньшую половину". И сладкой ватой Ира сама кормила его, потому что Игорь отказывался, соглашаясь брать губами липкие комочки желтых, сладких нитей, только когда она пальцами подносила те к его рту.

   А Ира чувствовала себя настолько счастливой, что Игорь опять такой, каким был когда-то, что все свое время уделяет ей. Не сердится, не кричит, не отворачивается -- за такое счастье она могла бы вообще не есть, все отдав ему.

   Вот только по возвращении домой все вернулось к прежнему. И он вновь не замечал ее, уходил, игнорировал.

   Часто-часто заморгав, чтобы не заплакать, Ира взяла в руки свое новое платье и приложила к себе, рассматривая смутное отражение в лакированной поверхности дверцы шкафа.

   Сегодня ей нельзя грустить и плакать. Сегодня у Иры важный день. Она собиралась на свое самое-самое первое свидание. И пусть человек, пригласивший Иру был вовсе не тем, с кем она хотела хоть куда-то пойти -- это ничего не меняло. Сегодня Ира не будет плакать или расстраиваться из-за Игоря. Не станет думать над тем, куда именно он ушел два часа назад, ничего не сообщив о времени возвращения. И даже краем мыслей не свяжет его уход с тем разговором, который вчера подслушала между Игорем и Таней, их одноклассницей, пусть и обрывочно.