— О господи! — сказала Трина. Она — первое сопрано и сидит рядом с Карен Сью Уолтерс. Первые сопрано, как я заметила, слегка важничают. Но, я полагаю, это вполне понятно, поскольку они делают всю основную работу, знаете, вытягивают все эти высокие ноты. — До тебя еще не дошло? Это же просто шутка, о'кей? Выпускники каждый год проделывают что-нибудь этакое. Что с тобой, в самом деле? Ты же не расстраивалась из-за того глупого козла?

В прошлом году ученики выпускного класса затащили козла на крышу физкультурного зала. Мне было совсем не понятно, что в этом смешного. Ведь козел мог серьезно пораниться.

— Просто… — Я не могла забыть вида желтых волос Бетти Энн, застрявших в молнии. — Просто мне это кажется НЕПРАВИЛЬНЫМ. Миссис Малвейни действительно любит эту куклу.

— Как бы то ни было, — сказала Трина, — это всего лишь кукла.

Но ведь для миссис Малвейни Бетти Энн больше, чем просто кукла.

Так или иначе, но меня это настолько мучило, что когда после уроков я пошла в редакцию «Журнала» — это школьная газета, в которой я работаю не для того, чтобы это отметили во вкладыше в аттестат, а потому что мне это нравится, — я высказалась на летучке, чтобы кто-нибудь написал об этом случае статью. Я имею в виду статью о похищении Бетти Энн.

— Статью, — сказала Джери Линн Паккард, — О кукле.

При этом Джери Линн покачивала свою банку с диетической колой. Джери Линн любит колу уже выдохшейся, поэтому она всегда покачивает банку, чтобы вышел весь газ. Лично я нахожу вкус колы без газа немного странным, но это не единственная

Странность Джери Линн. Более странным мне кажется, что всякий раз, как она и Скотт Беннетт, редактор газеты, проводят время наедине в гостиной у нее дома, Джери рисует в своей книжечке для записи свиданий маленькое сердце.