А ведь она очень даже ничего! Кэтрин раззадорила его не на шутку. Хоть и шатенка… Все же миниатюрные блондинки нежнее, размышлял Хант. У нее довольно пышные формы, черты лица чересчур резкие. Но вот нос курносый и совершенно ей не идет.

Короче говоря, Хант почти потерял голову.

У Кэтрин он обнаружил шарм, ум и уверенность в себе.

– Еще есть вопросы? – спросила мисс Робинсон.

Хант молчал.

Она кинула на него вопросительный взгляд.

– Мистер Хант?

– Вопросов нет. Все понятно, спасибо. – Он улыбнулся. – Вы все замечательно рассказали, вы просто неповторимы. – И пока она раздумывала, что сказать, он как бы вскользь заметил: – Кэтрин… Очень красивое имя. Пожалуйста, зовите меня Ником.

– Неповторима? Вы еще недостаточно знаете меня… – и после непродолжительной паузы добавила, – Ник…

Сделав ему знак следовать за ней, Кэтрин повернулась и направилась к двери.

Хант сразу же мазнул взглядом по ее грациозной спине и аппетитной попке.

– А я, между прочим, не возражал бы узнать вас получше, Кэтрин, – произнес он вполголоса. – Да какая она к дьяволу шпионка! Провалиться ему на этом месте. – Рабочий стол Ханта оказался за прозрачной перегородкой, делившей кабинет Кэтрин на две части. – Теперь я смогу любоваться вами целый день, несмотря на эту стеклянную преграду. – Хант понизил голос. – Впрочем, ее можно убрать…

– Это не стекло, а плексиглас, – сказала она. – И не вздумайте ничего убирать – недремлющее око все время наблюдает.

– Ого! У вас и с чувством юмора неплохо…

– Неплохо, однако не стоит кому-либо об этом рассказывать. – Ханту захотелось немедленно ее поцеловать… – Вам, должно быть, известно, что любая информация, касающаяся ПИА, является сверхсекретной.