– Крайне редко, – усмехнулся он.

Однако Николь была права. Ее, во всяком случае, он не оценил!

Родители Ханта по непонятным причинам отказались от него. Его вырастил и воспитал дядя Грегори.

Когда же Ник начал проявлять свои таланты, именно брат матери дал ему образование и устроил на работу. На эту работу. Если администрации угодно, чтобы он занялся Кэтрин Робинсон, он выполнит это задание ради дяди Грегори.

– Сделаю все, что смогу. – Хант слегка склонил голову.

– Она здесь, в корпусе номер пять, – улыбнулась Николь.

– Четвертый этаж, – добавил Майк. – Временно вы назначаетесь ее помощником.

– Замечательно! Из высококлассного специалиста я превратился в секретаршу, – вздохнул Ник.

– Ничего, переживешь! – Николь перешла на «ты». Не получалось у нее говорить с Хантом на официальном языке. Открывая сейф и доставая из него книгу в черном переплете, она продолжила: – Это копия дневника Кэтрин Робинсон. Однажды она оставила его в своем столе, а мы сделали копию для твоего удобства.

– Я работаю с оригиналами. В почерке любого человека скрыто много полезной информации.

Хотя переспать с ней было бы еще полезнее, подумал Хант, листая книгу.

Ого! Ничего себе скромница! Графы, князья, прогулки на яхтах, пикники, дорогие забавы… Подобные удовольствия стоят кучу денег. Любые фантазии имеют под собой реальную основу.

Если у нее и есть любовник, то, должно быть, он либо банкир, либо нефтяной магнат.

Хант еще раз посмотрел на экран.

Н-да! Вот она, эта Робинсон. Выходит через автоматические стеклянные двери корпуса 5. В темных брюках, тонком облегающем свитере, подчеркивающем ее пышный бюст. В руках, похоже, оригинал дневника…

– Робинсон работает у нас. Не исключено, что она меня видела? – поинтересовался Ник.

– Вряд ли! В последнее время ты в основном мотался по командировкам… А если она тебя и запомнила, то можно ей сказать, что ты рядовой сотрудник на временной работе, – ответила Николь. – Кстати… – она выдержала многозначительную паузу, – помни о том, что возможно продвижение по службе.