Украсив княжеское знамя

Тремя большими якорями.

. . . . . . . .

Его дорога привела

В престольный град Конвалуа,

Где Герцелойда

Без повелителя страдая,

Велела рыцарей созвать,

Чтоб мужа верного избрать.

Она, считаясь королевой,

Была не женщиной, а девой

И с целью выбора владыки

Турнир затеяла великий.

Так самых доблестных бойцов

Привлек ее высокий зов:

Ведь слаще не было приманки,

Чем сердце царственной испанки.

Она сказала: "Господа,

Пусть мудрость божьего суда

Поможет мне избрать супруга

Из благороднейшего круга.

Кто победит в честном бою,

Тому я руку отдаю

И две страны моих в придачу;

Да ниспошлет вам Бог удачу!.."

Бросая на землю перчатки,

Бойцы сходились в пробной схватке,

Чтоб завтра снова выйти в бой,

Уже не в пробный, а – в большой!

И все ж турнир, пусть он и пробный,

Здесь был подобен битве злобной:

Вставали кони на дыбы,

Звенела сталь, сшибались лбы,

И князь, другим побитый князем,

Слетев с коня, валился наземь.

. . . . . . . . . .

Шатры раскинув недалече

От места предстоящей встречи,

Наш друг слегка перекусил,

Чтоб поднабраться новых сил.

А между тем слуга монарший -

Его оруженосец старший, -

Направившись в престольный град,

Уже проник в дворцовый сад,

Застыв в почтительном поклоне

Пред той, стоявшей на балконе.

Она, окрестность озирая,

Придворных спрашивала дам:

"Откуда, из какого края

Сей незнакомец прибыл к нам?

Взгляните на его дружины!

Французы там и сарацины

В одном сражаются строю.

О, я анжуйцев узнаю

По их особому наречью

И редкому чистосердечью..."