- И в общительности ему не откажешь, - с иронией добавила Кэти. - Ездит на спортивной машине неприличного красного цвета в компании роскошной блондинки.

Андреа вздохнула с притворным сожалением.

- Ты отправила ее в глубокий нокаут. Бедняжка, теперь ей долго придется утруждать своего психоаналитика. А ведь она чертовски красива.

Кэти, взглянув на подругу, комплексовавшую по поводу своего маленького роста и непокорных волос, решила ее приободрить:

- Да ты видела ее маникюр? Хищница и дешевка.

- Знаешь, какое качество я люблю в тебе больше всего? - усмехнулась Андреа. - Ты умеешь утешить.

- Я? - Кэти широко открыла глаза.

- Ты. Наверное, здорово быть шикарной блондинкой, хотя я этого никогда не узнаю. Но все равно спасибо за поддержку. Кстати, у тебя чайник вскипел.

Кэти наполнила чашки бодрящим ароматным кофе. Андреа, отхлебнув глоточек, с улыбкой заметила:

- Это странно, но ты как-то умудрилась сохранить детскую непосредственность и легкость нрава. Я думаю, поэтому детки в школе так тебя обожают.

- Детки обожают меня, - возразила Кэти, - потому что я позволяю им творить все что угодно. Видела бы ты тот бедлам, который они устраивают на моих занятиях.

- А у тебя уши не вянут от той музыки, которая оглашает твои уроки?

- Мне самой это нравится. Я чувствую себя раскрепощенной.

- Даглас Гроув проявляет терпение прямо-таки героическое. Должно быть, он страшно рад хоть раз в неделю выбраться на совещание в городской комитет, где можно отдохнуть от шума.

- Должно быть, да.

- Я начинаю подозревать, что Даглас в тебя влюблен. А как насчет твоих чувств?

Кэти едва не поперхнулась кофе. Знаки внимания, расточаемые директором, смущали ее, тем более что среди учеников уже поползли слухи.

- Мне больше по нраву Лиэм Брукер, который преподает танцы старшеклассникам.