Майк посмотрел на вещи Саманты.

— Где у тебя постельное белье?

Саманте показалось, что это довольно странный вопрос, хотя все, что с ней произошло за последние полчаса, было самым странным и невероятным за всю ее жизнь.

Не дожидаясь ответа, он взял ее сумку и открыл дверь в дом.

— Я тебя прошу об одном — дай мне пять минут. Подожди пять минут, а потом позвони в дверь.

— Пожалуйста, отдай мою сумку.

— Сколько сейчас времени?

— Пятнадцать минут пятого, — автоматически ответила она, посмотрев на часы.

— Хорошо. В двадцать минут пятого позвони.

И он ушел в дом, оставив Саманту перед дверью с частью ее багажа. Она тут же нажала на кнопку звонка, но никто не открыл. У нее возникло желание взять чемодан и уйти без сумки, но мысль об оставшихся там деньгах заставила ее присесть на чемодан и начать ждать.

Стараясь не вспоминать ни о своем отце и его поступке, ни о муже — точнее, бывшем муже, — она смотрела на улицу. Смотрела на прохожих — мужчин в джинсах и женщин в бесстыдно коротких юбках. Даже в Нью-Йорке в воздухе витала лень воскресного вечера.

Этот человек по имени Майк Таггерт сказал, что хочет начать все отношения с ней заново. Господи, если бы такое было возможно, она бы хотела прожить заново всю жизнь, начиная с того утра, когда скончалась ее мать. Потому что после этого все в ее жизни пошло кувырком. То, что она сейчас здесь, всего лишь звено той цепочки страданий и бед, которые начались тогда.

Саманта взглянула на часы, чтобы узнать время, и подумала, что их можно заложить в ломбард.