На улице их и в самом деле уже поджидали. Анатолий представил друзьям Константина.

— А это наши бывшие сотрудники, сейчас в запасе, — пояснил он Калюжному. — Все работают в разных газетах.

— Сергей, — солидно протянул руку седой бородатый мужчина. — Газета «Континент».

— Михаил, — расплылся в откровенно искренней улыбке второй. — Газета «Версты».

— Игорь, — третий смотрел цепко, оценивающе. — «Российские вести».

— Церемониальную часть будем считать завершенной, — провозгласил Анатолий. — Ну что, к камню?

— Конечно, — вразнобой, но дружно отозвались собравшиеся.

По всему чувствовалось, что им предложили отработанный маршрут.

— Что это за камень? — поинтересовался Калюжный.

— Да там в свое время камень заложили, что там…

— …Будет город заложен, — перебив Анатолия, хохотнул Михаил.

— …В общем, памятник, погибшим на Соловках. Ну его в обиходе и называют просто Камнем.

Они спустились в подземный переход, пошли вдоль длинного ряда ларьков.

— Обрати внимание, Кость, что мы находимся в одном из московских центров реализации наркотиков, — тронул его за руку Игорь. — Вон посмотри: это торговцы, вон те — охрана, а вон и покупатели…

Глядя на людей, на которых указывал журналист, Калюжный был ошеломлен. Он увидел, как буквально на мгновение сошлись те, кого назвали торговцем и покупателем — и разошлись в разные стороны.

— Что, прямо тут, на Лубянке? — переспросил Константин.

— Совершенно верно, прямо здесь, — подтвердил Игорь.

— Но почему же их всех не того… К ногтю?

— Да мы в своей газете пытались как-то провести кампанию, — с досадой делился журналист. — На какое-то время их разогнали, но потом опять вернулись. Кусок-то лакомый, место прикормленное, а доказать преступление очень трудно… Торговец, например, может держать кулечек в порошком, скажем, во рту. Чуть что — плюнул в урну и попробуй доказать, что это его…