— Ты, как и мой дед, всерьез считаешь, что «Сыны Сараха» способны прислать в «Серената Плейс» группу боевиков?

— Честно говоря, не считаю, — хмыкнул Мартин.

— Тогда больше не о чем говорить. Надеюсь, хотя бы невеста Доминика окажется блондинкой… — Шеф счел дискуссию законченной, впервые с начала разговора улыбнулся и погнал машину в аэропорт.

Все первые часы полета из Сараха в Лондон шеф продолжал пребывать в фривольном расположении духа. Мартин успокоился. В конце концов, в его обязанности входит умение примиряться с неизбежным. Но фраза, вскользь оброненная Казимом за час до посадки, заставила вновь насторожиться и его, и Тома Солтано, главу службы безопасности. Самое неприятное — оба мужчины знали, что, несмотря на легкость тона, шеф говорит серьезно. Он никогда не позволял себе шутить, если дело касалось распорядка его дел. Поэтому Мартин молча поднялся и положил перед Казимом календарь-ежедневник на ближайшие три месяца.

— Позволю себе напомнить, — чуть вежливее, чем это было необходимо, произнес он, — ваш график расписан на девяносто дней вперед. Париж, Нью-Йорк, Сарах, Индонезия, Турция. Чудо, что удалось выкроить уик-энд для помолвки Доминика. Но времени на организацию его бракосочетания у вас просто нет.

— Значит, придется его найти. — Казим блеснул своей обаятельной улыбкой, которая растопляла сердца мужчин, превращая их в друзей, и заставляла женщин терять голову, превращая их в рабынь. Но Мартин и Том не относили себя ни к первой, ни ко второй категории. Они были на службе, поэтому позволяли себе оставаться равнодушными к белоснежным зубам и чеканному профилю хозяина.

— Наверное, вы достигли таких выдающихся успехов в борьбе за мир потому, что лично вас не любить просто невозможно.

В ответ на замечание Мартина Том не удержался и фыркнул. Но, взглянув на коллегу, поспешил сделать вид, будто закашлялся. Кажется, тот всерьез разозлился. И Казим тоже понял это. Он примирительно сказал: