– Ты не можешь надеть такое платье, нет вопросов! – безапелляционно заявила Джейн. – Правду сказать, тебе не стоит появляться ни в одном из этих нарядов. – Вынося этот приговор, она решительно посмотрела на продавщицу, словно бросая ей вызов и ожидая ответа. – Давай, вылезай из этого чуда, пойдемте-ка лучше перекусим чего-нибудь.

– Я слышала, что километрах в тридцати отсюда открылось новое кафе… – начала было Дэбби, но Джейн оборвала ее:

– Даже и не думай! Наша Кэди не станет есть нигде, разве что в «Американских деликатесах». Никто другой не способен готовить достаточно вкусно для нее, не так ли, мисс капризуля?

Кэди засмеялась и принялась выпутываться из необъятного платья.

– Просто в «Деликатесах» незамысловатая и хорошая еда, вот и все.

– Ха! Да тебе ничья стряпня не нравится, вот в чем дело. Ладно, поехали!

Дэбби возмущала манера Джейн командовать Кэди. Все-таки Кэди, по мнению Дэбби, была своего рода знаменитостью, по крайней мере, среди кулинаров, – ее имя почти всегда упоминалось в толстенных специальных журналах. «Порнография от кулинарии, – называла их Кэди. – Слишком сладко и слишком вкусно для нашего общества, так пекущегося о своем весе».

Двадцать минут спустя три молодые женщины сидели за изящным столиком в переполненном кафе, поедая сэндвичи с индюшачьей грудкой.

– Итак! – заговорила Джейн. – Я чувствую себя немного виноватой, потому что приехала на несколько дней раньше. Почему бы тебе не рассказать Дэбби поподробнее о своем женихе? Честно сказать, и я как-то забыла поинтересоваться любовной стороной вопроса.

Услышав это, Кэди закатила глаза к небу: Джейн была бухгалтером, и два последних дня подруги только и беседовали, что о финансовых делах ресторана и банковском счете Кэди, – эти вопросы больше всего волновали Джейн.