— Потому что не хочет… Потому что он с виду точная копия отца. И после того как пятнадцать лет назад умер наш отец, она все поставила на Чарли.

В дверь постучали — секретарша принесла чай.

— Спасибо, — поблагодарил Дэвид.

Дэвид был плотно сложенным мужчиной на исходе пятого десятка, с приятным лицом и несколько неуклюжими манерами. Он культивировал в себе эту неуклюжесть, скрывая за ней свой острый, проницательный ум. Сейчас же он разливал чай с привычной ловкостью официанта.

— Твоей матери удалось примириться с мыслью, что это было самоубийство? — осторожно спросил он.

Роско покачал головой:

— По официальной версии это был несчастный случай. Чтобы прекратить слухи, мы тоже ее придерживались. К тому же самоубийство бы означало, что он и ее отверг, понимаешь?

— Отверг вас всех…

Как он и ожидал, Роско только махнул рукой и сказал:

— Если я вытащу Чарли, возможно, мне удастся указать ему правильный путь и избавить мать от беспокойства.

— Сколько раз я это уже слышал? И все твои меры не срабатывают, потому что Чарли понимает, что он всегда может рассчитывать на тебя. Попробуй хотя бы раз оставить его наедине с его проблемами. Пускай это станет для него уроком.

— Это будет стоить ему записи в личном деле, а моей матери — разбитого сердца, — покачал головой Роско. — Забудь об этом. Из этой ситуации должен быть выход. И я знаю какой. Нужно поставить на это дело подходящего человека.

— Я бы сам мог взяться за него.

— Конечно. Но тебе нужен помощник. Например, Филиппа Дженсон.

— Ты с ней знаком?

— Вчера познакомился. И, надо сказать, она произвела на меня впечатление, — произнес Роско бесцветным голосом. — Неплохо бы поручить ей дело Чарли, с указанием уделить ему максимум внимания.

— Я, конечно, могу дать Пеппе это дело. Но не могу снять с нее другие дела. Она очень востребована. Блестящий профессионал, одна из лучших в своем деле. Она окончила курс с самыми высокими оценками, которые я когда-либо видел. На нее претендовало несколько фирм, но у меня было преимущество — Пеппе проходила здесь практику, и я сумел ее убедить, что она мне кое-чем обязана.