Когда мы замораживаем рынок и люди теряют деньги, они снова ругают нас. Мы виноваты уже потому, что мы с Уолл-стрит. Мы не сможем найти тебе доброжелательных присяжных, понимающих ситуацию. Если только позвать двенадцать парней с Уолл-стрит, но ни у одного из нас нет времени просиживать штаны в суде.

И все они дружно рассмеялись.

Однако сейчас, когда Дженнифер стояла перед судьей Левитт, ей было совсем не весело. Она снова и снова повторяла про себя, как заклинание: «Все будет хорошо!» Дональд и Том позаботились об этом. Просто сейчас самый тяжелый момент, но потом она будет с лихвой вознаграждена за эти неприятные минуты.

— Дженнифер Спенсер, вы обвинялись в мошенничестве с ценными бумагами. Вы признаны виновной. По обвинениям в незаконном использовании конфиденциальной информации и незаконных коммерческих операциях вы также признаны виновной по всем пунктам.

От неожиданности у Дженнифер застучало в висках, виновна? Не может быть! Они же все обсудили! Неужели судья Левитт забыла о том, что она обещала? У Дженнифер кружилась голова, и ей пришлось закрыть глаза, чтобы зал суда перестал вращаться. Рука Тома вдруг стала холодной и вялой, и ей захотелось отбросить эту равнодушную руку, как будто он был виноват в том, что происходило.

Когда к Дженнифер снова вернулся слух, судья объявила, что сейчас будет оглашен приговор. Но даже если ее признают виновной, не должно быть никакого приговора! Том и Дональд твердо обещали ей это… Они смеялись над законами и тупыми судьями, которые не способны проанализировать улики и обосновать приговор в случае такого изощренного преступления.

— …сроком на пять лет с отбыванием наказания в женской исправительной тюрьме Дженнингс, — услышала Дженнифер сквозь шум в ушах.

Судья сделала паузу, сняла очки и посмотрела Дженнифер прямо в глаза.