— Мисс Спенсер, — продолжила Хардинг, открывая один из ящиков своего стола и доставая свод правил для заключенных, — эта брошюра понадобится вам в течение всего пребывания в Дженнингс.

Она передала Дженнифер книжку в ярко-желтой обложке. Девушка взяла ее и положила к себе на колени.

— Спасибо. Я хотела бы…

— Позже вы должны будете изучить всю брошюру, — перебила Гвен. — Но сейчас прошу вас открыть ее на третьей странице. Раздел называется «Обязанности заключенной».

Заключенная 71036 послушно открыла книгу и бросила рассеянный взгляд на страницу.

— Очень важно, чтобы мы прочли это с вами вместе — продолжала Гвен. — Я хочу, чтобы вы уяснили себе некоторые положения. Вы отвечаете за свое поведение, свои поступки и свое отношение к происходящему.

Гвен заметила, что девушка не слушает ее и ерзает на стуле.

— Миссис Хардинг, — сказала наконец Дженнифер, — могу я поговорить с вами откровенно?

— Что ж, говорите, — ответила Гвен, покоряясь неизбежному.

Хардинг давно заметила, что, давая заключенной высказаться, она получает хорошую возможность судить о ее личности, и это в дальнейшем помогает найти пути к исправлению. Несмотря ни на что, Гвен по-прежнему верила, что тюрьма должна быть не наказанием, а средством реабилитации. Но она подозревала, что с Джениффер Спенсер ее вера подвергнется тяжелому испытанию.

— Думаю к вам уже обращался адвокат Говард Макбейн из «Суитмор и Макбейн» или Томас Бренстон из «Хадсон, Ван Шаанк и Майклс», — начала Дженнифер. — Или, может быть, вам звонил сам мистер Майклс?

Прежде чем Гвен успела ответить, Спенсер закинула ногу за ногу, наклонилась к ней и продолжила: