- Две недели назад я с ним серьезно поругалась Он посмел оставить меня одну в постели лишь для того, чтобы усесться писать письма. - Клод шлепнула Блэйда по груди. - Писать письма! Я сказала, что он, видимо, недостаточно потрудился, если в силах взяться за перо. Он рассвирепел. Его лицо стало багровым, он шипел, как подгоревший пудинг.

- Я не верю тебе. Кардинал? Боже праведный, Клод, ты хочешь придать себе вес, причисляя к своим любовникам такого влиятельного человека, - Блэйд покосился на нее.

- Вовсе нет. Он на самом деле мой любовник.

- Святая дева Мария, этого не может быть!

Клод выпрямилась и немигающим взглядом уставилась на него.

- Это правда! Можешь спросить у виконта или у своей глупой Сен-Мишель.

- Это вряд ли возможно. Я же не могу спрашивать у людей, что они знают о любовницах кардинала.

- Хорошо. Тогда я докажу тебе это иначе, по-другому. Я видела письма, которые он писал.

Вытянув руки и позевывая, Блэйд покачал головой.

- Ты можешь сочинить любую небылицу и сказать, что прочла это в письме кардинала.

- А вот и нет. Письмо было очень странным. Его необычность станет моим доказательством, так как речь в нем идет о давнишних временах и о событиях, не имеющих отношения к Франции.

- Скажи-ка лучше, чтобы принесли поесть. - Блэйд приподнялся, чтобы соскочить с кровати.

Клод схватила его за плечо.

- Ты не получишь еды до тех пор, пока не признаешь, что я достаточно красива, чтобы заполучить кардинала Лоранского.

- Лучше вставай, - сказал Блэйд.

Она слегка шлепнула его по щеке, и он сморщился. - Ну хорошо, расскажи об этом загадочном письме. Может, я и поверю тебе.

- О, оно было очень странным. Кардинал писал кому-то о старом английском короле Генрихе. Просил выяснить все, что касается второй жены Генриха. Как ее звали? Кажется, Анной? Просил разузнать что можно о мужчине, с которым она была до того, как стала королевой. Его тоже звали Генрихом. Представь себе, кардинал Лоранский хочет выяснить, имела ли покойная королева возлюбленного.