Взяв ее за руку, он улыбнулся, и скверный момент — когда ей внезапно показалось, что, возможно, Амброс вовсе не такой человек, каким она его себе представляла, — прошел.

— Извозчик ждет у крыльца. Ты готова?

Туман рассеялся, стали видны низко висящие серые тучи и контуры деревьев с кое-где сохранившимися желтыми листьями. Для октября было очень холодно. «Предстоит суровая зима, — подумала Сара. — Со сквозняками и прочими неудобствами». По словам Амброса, дядя совершенно не думал о своевременном ремонте, и здание усадьбы здорово обветшало. Но новая семья, прибывшая из тропиков, несомненно, позаботится о том, чтобы в доме было тепло и в комнаты не проникал ветер с Атлантики. Во всяком случае, она не собирается там долго задерживаться; постарается побыстрее собрать доказательства, изобличающие человека, который называет себя Блейном Маллоу. Для этого ей придется подслушивать у дверей, возможно, читать чужие письма, то есть, как сказала тетя Аделаида, заниматься весьма-неприятными вещами. Но все только во имя правды и справедливости. И скорее ради Амброса, чем ради ее самой. А потому Сара даже мысли не допускала о неудаче.

Коляска, минуя Гайд-парк, пересекла Лондон и затем проследовала дальше по Бромптон-роуд. Путь не близкий, извозчик был рад подождать возле дома на Кенсингтон-стрит и дать отдохнуть лошади. Сара сказала, что пробудет не дольше четверти часа. От волнения щеки ее вновь раскраснелись. Возница охотно поверил поднятым на него ясным и живым глазам. Несмотря на скромную внешность, молодая женщина разговаривала как благородная дама и, кроме того, улыбнулась ему. Она понимала, что зимой ужасно зябко на козлах, где он проводит целые дни, и что его кости так же чувствительны к холоду и болят, как и у аристократов. Все это сказала ее теплая улыбка. Приятно, когда с тобой хотя бы изредка обращаются как с человеком.

— Я подожду, мисс. Храни вас Господь.

Этот успокаивающий голос звучал в ушах Сары, придавая ей мужества, когда она поднималась по ступенькам крыльца. Но как только, отзываясь на звонок, входная дверь распахнулась и она увидела постное лицо дворецкого, ее охватил малодушный страх.