Полог кровати был отдернут и завязан вокруг столбов, на которых он держался. Комнату освещали три свечи в серебряных подсвечниках, стоявшие на комоде. Виктория удивилась тому, что нет масляной лампы, которая давала гораздо больше света. Внизу было несколько таких, и нужно завтра попросить Кармиту принести одну из них.

Сегодня, наверное, даже лучше, что комната плохо освещена. Может быть, и свечи стоит задуть? Виктория уже собиралась встать и отбросила одеяло, как вдруг дверь, соединяющая ее комнату со спальней майора, открылась, и он вошел.

Виктория похолодела. Ее супруг был в темном халате, из-под которого виднелись его голые волосатые ноги. Его лицо выражало такое жадное нетерпение, что ей захотелось умереть. Что он собирается с ней делать?

Мак-Лейн подошел к кровати и скинул халат, под которым оказалась белая рубашка, доходившая ему до колен.

- Ну что, девочка, ты готова? - Голос майора звучал игриво.

Виктория попробовала что-то ответить, но голос отказал ей. Никогда, никогда она не будет к этому готова.

- Тогда ложись. Или ты думала, этим занимаются сидя? - Он рассмеялся. Виктория подчинилась. Она вжалась в матрас, и мускулы ее напряглись еще больше. Она заметила, что у него карие глаза и тяжелый подбородок, скрытый бородой. От него исходил смешанный запах одеколона и пота, и хотя Виктория пыталась убедить себя, что это естественно, что он чистый, просто, как крупный мужчина, часто потеет, она едва сдержала позыв рвоты.

Майор наклонился над ней и прижался ртом к ее губам. Виктория ощутила пот на его губе и инстинктивно вжалась глубже в подушку, чтобы избежать его ласк.

Этот поцелуй возбудил майора, и он начал приподнимать ей ночную рубашку. Виктория сжала кулаки и приготовилась выполнить то, что от нее потребуют. Когда майор поднял рубашку до пояса, он откинул простыню и встал на колени. Такого унижения она не испытывала никогда в жизни. Уже то, что он разглядывал её обнаженные ноги, было ужасным, но он рассматривал темный покрытый волосами треугольник у нее между ног, и это было чудовищным святотатством. В комнате было абсолютно тихо, слышалось только тяжелое дыхание Мак-Лейна. Он прикоснулся к ее обнаженной ноге, и Виктория вздрогнула.