Мейми сняла кольца, положила их в глубокий передний карман своего длинного черного шелкового платья, которое волочилось по полу. Затем закрыла гроб.

— Ну и поминки! — сказала она вслух.

— Он отошел в мир иной, — скрипучим голосом произнес преподобный Шорт.

Мейми вздрогнула. Она его не заметила.

Он сидел, ссутулившись в пухлом кресле, уставясь в противоположную стену.

— А что вы думаете?! — вспыхнула она. Смерть Вэла заставила ее забыть всю светскость. — По-вашему, я бы похоронила его и живым?

— Я это видел, — произнес преподобный Шорт, не обращая внимания на ее слова.

Она удивленно уставилась на него.

— Это вы про Вэла? — догадалась она.

— Женщина, полная похоти и блуда, поднялась из геенны огненной и ударила его ножом в сердце.

Не сразу Мейми поняла смысл его фразы.

— Женщина? Вы это видели?

Мейми почувствовала, как комната накренилась.

— Да смилуется Господь, — сказала она.

Она вдруг увидела, как Большой Джо в гробу, рояль, а также телевизор с радиолой начали медленно возноситься к небесам. Темно-красный ковер тоже стал подниматься, он раскинулся перед ее взором словно бескрайний вишневый океан, куда она и рухнула лицом вниз.

— Грех, похоть, мерзость перед лицом Всевышнего, — прохрипел преподобный Шорт, а потом добавил уже шепотом: — Она всего-навсего шлюха, о Господи!

Глава 5

Автоматический лифт стоял на первом этаже, и большинство скорбящих гостей не стали дожидаться, пока он поднимется, а ринулись вниз по лестнице. Но их уже успели опередить.

По обе стороны корзины с трупом стояли Дульси и Чинк и смотрели друг на друга. Чинк был крупным желтым мужчиной, несмотря на молодость, уже сильно располневшим. На нем был бежевый летний костюм. Он склонился над корзиной.