Его рука коснулась кнута, привязанного к седлу, и она поверила ему. Она завопила и начала сопротивляться.

- Кончай орать, женщина!

Он опять зажал ей рукой рот. Его другая рука обвила ее талию. Прижав Тею к своему сильному телу, он подавил ее крики. Когда она стихла, он освободил ее.

- Еще раз завоешь, и я вставлю тебе кляп. Схватив ее за плечи, он придвинул ее ближе, так что она была вынуждена смотреть ему в глаза. Прикованная их надменной красотой, она сидела молча.

- Ну так что? - спросил он. - Мне продолжить то, что я уже начал, и сорвать все твои пуговицы?

Едва в состоянии дышать, она не могла найти в себе силы и пошевелить губами.

- Отвечай, женщина. Будешь ехать спокойно или продолжишь бороться и снова свалишься?

- С-спокойно.

Усмехнувшись, он развернул ее спиной к себе и крикнул своим людям. Разбойники позвали Стабба, который вел лошадь с Хобби. Теа повернулась, чтобы посмотреть, все ли в порядке с ее служанкой.

- Эй, послушайте, Роб Саваж, - сказал Стабб, - если вы собираетесь препираться с этой дрянью весь день, то с меня довольно. Сюда могут прийти, и я не хочу еще одной стычки.

- Дай мне тогда ремень.

Ремень. Он собирается ударить ее. Теа вздохнула и ударила локтем в живот Робу. Она скорчилась и наклонилась, пытаясь избежать удара ремнем. Роб наконец угомонил ее, прижав ее руки к своему телу.

- Быстрее, Стабб, свяжи ей руки ремнем.

Затихнув, Теа закусила нижнюю губу. Попытки ни к чему не привели. Роб тряхнул ее за плечи.

- Ну, успокойся или я привяжу тебя к вьючной лошади.

- А-а-а! Саваж, Робин Саваж, разбойник. Храни нас Господь. Мы пропали, пропали. О госпожа, это Робин Саваж. Он погубил сотни невинных душ. Он убивает детей, оскверняет их матерей, крадет еду, сжигает церкви, разрывает на части священников...

Теа почувствовала, что ее тело стало холодным и тяжелым в то же время. Она повернулась и поглядела на мужчину, который держал ее. Он хмуро смотрел на причитающую Хобби и вдруг перевел взгляд на нее. Одна его бровь поднялась, и он медленно улыбнулся.