– Спасибо, что предупредил. Если бы ты только сообщил мне это час назад!

– А... Что-то в этой даме показалось мне странным, вот только не могу сообразить что, – хмурясь, пробормотал Филипп. – А ты что-нибудь заметил?

Эндрю на секунду задумался.

– Признаюсь, во время разговора с ней меня занимали совсем другие мысли, но сейчас, когда ты об этом упомянул, пожалуй, да. Думаю, все дело в ее голосе. А если учесть, что она носит черную шляпу с вуалью, которая скрывает половину ее лица, разговаривать с ней действительно сложно.

– Наверное, в этом все дело. Теперь о мистере Кармайкле: он намерен сделать очень крупное вложение в наш проект музея.

– Насколько крупное?

– Пять тысяч фунтов. Брови Эндрю поползли вверх.

– Да... Впечатляет!

– Так и есть. Он очень хотел познакомиться с моим американским партнером, так как несколько лет прожил в вашей стране. Уверен, до конца вечера он еще замучает тебя разговорами.

– Полагаю, что за пять тысяч фунтов можно проявить чуть-чуть энтузиазма.

– Великолепно. Однако твой тон говорит о том, что ты совершенно не заинтересован. – Филипп издал протяжный вздох и смахнул пылинку с рукава своей темно-синей визитки. – Очень жаль, ведь мы беседовали о тебе.

– И ты, естественно, кое-что мне расскажешь в благодарность за спасение твоей жизни.

На лице Филиппа появилась смущенная улыбка.

– Если ты о том случае в Египте... По-моему, это я спас тебе жизнь. А когда ты спасал меня?

– Только что, поскольку не выбросил тебя из окна прямиком в колючую изгородь. Так что сказала леди Кэтрин?

Филипп огляделся, убедился, что никто их не подслушивает, и произнес:

– Оказывается, у тебя есть конкуренты. Эндрю недоуменно моргнул.

– Прости, не понял?

– Ты не единственный мужчина, который пытается заслужить благосклонность моей сестры. Другие тоже проявляют к ней очевидный интерес.