Утром, когда Валори проснулась и вышла на палубу, навстречу ей шагнул грузный пожилой человек. Генри, боцман, занимал эту должность еще при Джереми, а теперь работал на нее. Он был ее правой рукой, и без его помощи ей никогда не удалось бы справиться с бандой головорезов, называвшейся командой корабля. Ночью, отправившись к портному, она оставила его вместо себя, и Генри, несомненно, пришлось изрядно потрудиться, чтобы утихомирить моряков, сгоравших от желания спуститься на берег, где их ждали пивные и женщины. Пираты много времени провели в море, и только такой человек, как Генри, мог приструнить их.

- Матросы хотят сойти на берег, - сказал боцман, преградив Валори дорогу.

- Нет.

- Но, капитан, - Генри засунул большие пальцы за широкий пояс, - ты и я, мы оба знаем, как много ребята работали в последнее время и как они были терпеливы. Если ты хочешь, чтобы они оставались таким же терпеливыми, нужно дать им немного свободы.

Барабаня пальцами по отвороту сапога, Валори оглядела собравшихся на палубе. На всех лицах ясно читалось только одно - надежда. Да, они много времени провели на корабле, но ей нельзя рисковать - если бы не задержка с нотариусом, они уже сегодня отплыли бы из Лондона. Теперь у них появился лишний день, и не было ничего удивительного в том, что моряки желали не упустить момент.

Валори обвела команду медленным взглядом.

- Не воровать, не драться и не убивать. Если вы что-то сломаете или разобьете, то заплатите за это из своего кармана. И не приставайте ни к кому, кроме портовых шлюх. Если я узнаю, что кто-то из вас обидел дочку трактирщика или лавочника, провинившийся будет изгнан с корабля. Вам понятно?

Все с готовностью закивали - похоже, пираты сейчас согласились бы на любые условия. Валори посмотрела на человека огромных размеров по прозвищу Шотландец: он был почти таким же большим, как и Бык; его голову украшала огненно-рыжая шевелюра.