– Одноглазый оставляет вам подарок, – многозначительно произнесла Валори. – И напоминание.

– Напоминание? – Портной начал бледнеть, как и в тот момент, когда впервые увидел непрошеных гостей.

– Да, напоминание не болтать о том, что произошло сегодняшней ночью.

Одноглазый улыбнулся одними губами.

– Проще – попридержите языки, – с ухмылкой сказал он.

Портной яростно закивал головой, но его жена вдруг пропищала:

– А собственно, почему?

– Потому что я их отрежу, если узнаю, что вы рассказали о нас хоть одной душе.

Валори вздохнула, услышав эти слова. Одноглазый любил свою работу и делал ее хорошо, слишком хорошо. Жена портного охнула и упала в обморок, громко стукнувшись головой об пол. Валори бросила на Одноглазого укоризненный взгляд и покинула швейную мастерскую. Вскоре после недолгого путешествия по пустынным улицам Лондона вся компания снова оказалась на корабле. Утром, когда Валори проснулась и вышла на палубу, навстречу ей шагнул грузный пожилой человек. Генри, боцман, занимал эту должность еще при Джереми, а теперь работал на нее. Он был ее правой рукой, и без его помощи ей никогда не удалось бы справиться с бандой головорезов, называвшейся командой корабля. Ночью, отправившись к портному, она оставила его вместо себя, и Генри, несомненно, пришлось изрядно потрудиться, чтобы утихомирить моряков, сгоравших от желания спуститься на берег, где их ждали пивные и женщины. Пираты много времени провели в море, и только такой человек, как Генри, мог приструнить их.

– Матросы хотят сойти на берег, – сказал боцман, преградив Валори дорогу.

– Нет.

– Но, капитан, – Генри засунул большие пальцы за широкий пояс, – ты и я, мы оба знаем, как много ребята работали в последнее время и как они были терпеливы. Если ты хочешь, чтобы они оставались таким же терпеливыми, нужно дать им немного свободы.