— Сколько?

   — Четыре фунта. И это еще немного. Она может себе это позволить. — Миссис Пикетт многозначительно указала на потолок.

   — Я сообщу вам, когда понадобится помощь. Не могли бы вы сегодня задержаться до обеда и убрать после него, пока я буду готовить?

   — Хорошо. Это меня устраивает. Делайте, что вам нужно.

   — Я люблю готовить, а помощь мне нужна только потому, что появится много другой работы.

   — Да благословит вас Бог, девочка. Конечно, я все понимаю. Кроме того, мы с одним пожилым джентльменом в сентябре собираемся съездить в Блэкпул на недельку — посмотреть иллюминацию и немного развлечься. И думаю, мой приработок будет как раз кстати.

   Когда Кейт изложила все это леди Кауде, та вскинулась, как испуганная лошадь.

   — Все подумают, что у меня денег куры не клюют, — жалобно заявила она, перехватив взгляд больших зеленых глаз девушки. — Но мою дорогую Клаудию нужно принять наилучшим образом. Да и потом, это всего лишь одна неделя. Хорошо, Кейт, я на вас полагаюсь: организуйте все как надо. Приходите сюда после чая обсудить меню.

   Мистер Тэйт-Бувери снял перчатки, молча подождал, пока медсестра развяжет халат, бросил его в контейнер и покинул операционную. За день он провел несколько операций, а последний случай был далеко не из легких.

   Уже через четверть часа мистер Тэйт-Бувери, как всегда элегантный, неторопливо вышел из госпиталя и направился к своему автомобилю. Улицы были сравнительно пусты — слишком поздно для часа пик, но и слишком рано для театралов и киноманов. Он сел в свой «бентли» и поехал домой, минуя здания парламента, мимо Милл-банка, пока не достиг цели — узкого строения, зажатого между двумя внушительными зданиями, наполовину закрывающими вид на реку и противоположный берег. Тэйт-Бувери поставил автомобиль в гараж за домом и возвратился, чтобы войти через парадную дверь. В холле его встретил невысокий коренастый мужчина с веселым лицом и копной седых волос. На нем были черный пиджак и полосатые брюки.