— Значит, будем отступать? — вскричал Дуглас.

— Мне не нравится это слово, — ответил король. — Не отступать, а завлекать, затягивать армию противника все дальше и дальше, опустошая по пути английские города и селения, чтобы вражеские воины не могли пополнять припасы. Отягощенные тяжелым оружием, полуголодные, они будут все больше слабеть и станут думать не столько о боях, сколько о перемирии, а уж наше дело поставить им такие условия, по которым Шотландия будет навсегда освобождена от английского господства. Вот первая часть моего плана, лорды.

Мори кивнул, соглашаясь, однако Дуглас был разочарован. Ему не терпелось преподнести англичанам еще один Баннокберн. Видя его настроение, Мори сказал:

— План кажется мне мудрым, милорд. Для процветания Шотландии нам нужен мир, а не война. Страна его заслужила, он ей необходим, как воздух. Мы воюем уже многие годы.

— Еще одна часть моего плана, — продолжил Роберт Брюс, — включает совсем другое. У молодого короля Англии две сестры. Примерно в том возрасте, что и мой Давид… Понимаете, о чем я толкую? Брак с одной из сестер может сделать перемирие как никогда прочным.

С этим оба советника согласились без оговорок; весь план был принят, и военачальники приступили к его исполнению.

Тем временем армии короля Эдуарда и сэра Джона продвигались все дальше на север, но так и не могли войти в соприкосновение с шотландцами, хотя повсюду видели следы их недавнего пребывания.

Наконец они переправились через реку Тайн. Здесь тоже на их пути были лишь разграбленные селения — и ни одного шотландского воина.

— Это говорит о том, что они страшатся нашей силы, — твердил король Эдуард.

Однако сэр Джон придерживался совсем иного мнения: