– Ты имеешь в виду, что и Салливаны могли бы теперь иметь только девочек?

– Да.

– Ладно, что бы ты ни говорила, я все равно тобой горжусь, – ласково повторила Джессика и добавила: – И я очень рада, что презентацию проводят сейчас, когда я дома.

Студентка первого курса Оксфорда, Джессика через несколько лет станет первоклассным специалистом. Если Джессика гордится ею, любовно думала Лейси, то насколько же больше она сама гордится дочерью!

Жизнь не баловала Джессику, единственного ребенка, безотцовщину… Лишенная многих преимуществ, доступных ее сверстникам, девочка могла бы вырасти упрямой и обидчивой, замкнутой и несчастной, а она с самой колыбели была веселым, счастливым ребенком.

Лейси было свойственно не ставить себе в заслугу хорошие качества дочери. Друзьям она часто говорила, что не имеет никакого отношения к успехам дочери в учебе и к ее превосходным спортивным достижениям. Эти качества – одаренность – Джессика унаследовала от отца.

– Вернись, мамочка! Ты где? – Джессика, улыбаясь, помахала рукой перед лицом матери. – Знаешь, что я думаю? – глубокомысленно заметила Джессика десять минут спустя, когда они уже направлялись в машине Лейси к центру города, где должна была состояться презентация. – Я думаю, что доктор Хэнсон к тебе неравнодушен.

Лейси вспыхнула жарким румянцем. Она ничего не могла с этим поделать. Ее кельтская прозрачная кожа всегда ее выдавала.

Заметив эту предательскую реакцию, Джессика рассмеялась, а потом спросила почти серьезно:

– Почему ты так и не вышла замуж во второй раз, ма? То есть я хочу сказать, я знаю, что ты любила отца, но, после того как он тебя бросил, после того как все закончилось и вы развелись… неужели ты никогда… неужели у тебя никогда не было?..