Микрофон, прикрепленный к поясу, загудел, и Лекси автоматическим движением поправила его, чтобы не отлетел. Интересно, есть ли там у них что-нибудь вроде рулетки, крутящейся сцены или «колеса фортуны»? Как правило, на утренних шоу ничего крутящегося не было, в отличие от шоу вечерних. Даже в шоу Эллен было такое колесо. Лекси по опыту знала, что все вращающееся и сверкающее представляет серьезную угрозу для достоинства гостя, но проверить, что заготовил для нее Скофф, она не успела.

Но Тесс должна была бы упомянуть о колесе, когда уговаривала Лекси выступить на шоу. «Если Скофф бросает тебе вызов, ты должна его принять. Он зачитывает имена людей, у которых оказалась кишка тонка. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя сочли малодушной. Особенно сейчас, когда твоя книга завоевала такой успех». Лекси согласилась с тем, что падение продаж не в ее интересах. Но она и представить не могла, что эта книга так изменит всю ее жизнь.

Ладони покрылись потом. Наверное, кондиционеры работали из рук вон плохо. Вода в ее «уандер-бра»

«Я верю, что могу. Я верю, что могу». Лекси расправила плечи. Ее подруги Эрин и Келли, как и тысячи похожих на них женщин, крутящихся каждый день как белки в колесе и не имеющих времени заниматься спортом, были благодарны ей за книгу. Она написала свой опус для них. Стенли Скофф мог попытаться высмеять ее в своем шоу, но Лекси знала, что сделала хорошее дело.

«…три, два, один». Рыжий техник одну руку выбросил назад, другую вперед и протолкнул Лекси в открытую дверь на широкую квадратную сцену, оформленную под солидный офис — черные кожаные кресла для ведущего и гостьи, серые стены на колесиках.

Лекси заморгала от яркого света и изобразила жизнерадостную улыбку. Два первых ряда встали, чтобы ее поприветствовать, — одни мужчины. Она так и не смогла отыскать глазами никого из своих близких в сплошном море ухмыляющихся мужских лиц. Публика начала скандировать:

— Лек-си-Сек-си, Лек-си-Сек-си!