Через минуту он медленно повернулся к ней. Ее щеки пылали, глаза таинственно сверкали под сенью длинных ресниц…

— Вы… очень… красивы…

У нее перехватило дыхание, голова закружилась, и, захваченная тем странным магнетизмом, что излучала, казалось, каждая клеточка его тела, она застыла, не в силах сдвинуться с места. В следующее мгновение она была уже в его объятиях, и ее губы безвольно отвечали на властное прикосновение его губ. О, теперь она понимала, чего не хватало в их отношениях со Стюартом! Они были хорошими друзьями, жили общими интересами, отлично понимали друг друга, но… не любили. А тот эмоциональный взрыв, почти шок, испытанный ею, когда она впервые увидела Николаса, стал предвестником настоящей любви!..

Между тем Николас мягко отстранил ее от себя и ласково улыбнулся. Его лицо смягчилось, черты утратили былую резкость, и только глаза смотрели по-прежнему холодно и прямо. «Наверное, что-то надо сказать, — подумала вдруг она. — Но что? Заговорить первой или дождаться, пока это сделает он? О, я знаю, прежде всего надо признаться, что я не замужем, а потом…»

Но тут он снова привлек ее к себе, на этот раз так резко и грубо, что она впервые испугалась.

— Ты так красива, так желанна… — шептали его губы, чуть касаясь ее щеки; руки скользнули вниз по бедрам, затем опять вверх и снова вниз… — Ничего удивительного, что все они… — Он оборвал фразу на полуслове, поскольку девушка резко высвободилась. Ее первый испуг прошел, и, хотя кровь все еще стучала в висках, к ней вернулась способность соображать.

— Что… что вы хотите этим сказать?

— Сказать? Что бы я ни сказал, в данную минуту это не имеет значения ни для меня, ни для тебя. — Он обнял ее за плечи и заглянул в глаза. — Ну что, красавица, где мы сделаем это? Сейчас тепло, но трава может оказаться сырой… — Он резко рассмеялся и почти насильно поцеловал ее пылающую щеку. — Жаль, я не знал заранее, а то бы прихватил плащ, чтобы постелить его на землю, но не важно. Сейчас мы найдем уютный сухой уголок и…