Спасение только в одном, — внезапно поняла Джейн, — разговорить его, заставить возражать, пусть даже злиться, но, самое главное, отвлечь, заставить думать о другом…

— Не могу поверить, что вы на самом деле такой, каким хотите сейчас казаться, — негромко, но твердо сказала она.

— Все мужчины таковы, — последовал насмешливый ответ.

«Греки, возможно», — чуть было не брякнула она, но вовремя прикусила язык — это было бы слишком.

— Наверное, но девушки — нет. — Она посмотрела ему прямо в глаза и сказала: — Пожалуйста, отвезите меня в отель.

Он сделал нетерпеливый жест.

— Я же сказал, Джейн, хватит ломать комедию!

Ее захлестнула новая волна гнева; подбородок упрямо вздернулся, глаза презрительно прищурились.

— Не смейте называть меня «Джейн» и прекратите «тыкать»! Я не ломаю комедию! Повторяю, отвезите меня в отель!

Николас замер, по его лицу скользнуло выражение растерянности.

— Да что с тоб… с вами? Вы же сами этого хотели!

— Я… хотела? — Джейн показалось, что она сходит с ума. — О чем это вы?

Снова тот же раздраженный жест нетерпения.

— Вы предложили подняться сюда…

— Я??!

— А кто же?

— Это вы предложили вернуться через рощу.

— Если я правильно помню, вы спросили, не хочу ли я пойти этой дорогой.

— Но лишь после того, как вы сами предложили это!

— Какая разница! Вы хотели, чтобы я привел вас сюда, и мы оба отлично знаем зачем…

— Вы ведете себя, как последний подлец! — гневно вскричала она. — Я подумала, что вам просто хочется прогуляться, и не возражала. А вы… Да как вы могли обо мне такое подумать!