Разумеется, лорд Уоррен, хотя и будучи человеком широких взглядов и добродушного характера, не был безумцем и не собирался отдавать родовое гнездо на разорение любимому, но несколько бесшабашному племяннику. Поэтому в замке остались сестра лорда леди Диана, ее подруга миссис Тьюсбери с внучкой, а также дворецкий Гибсон и полный штат прислуги. Улизнул, таким образом, один лорд, все остальные вынуждены были проводить бессонную ночь. Впрочем, Джона Фарлоу все родственники очень любили, а собравшиеся на его проводы молодые люди принадлежали к самым уважаемым семьям графства…

Так вот, леди Диана читала у себя в спальне, миссис Тьюсбери, прибегнув к помощи ваты и подушки, пыталась заснуть в своей, дворецкий Гибсон, отрядив к пирующим более молодого и расторопного лакея, мирно беседовал на кухне с кухаркой, а вот внучка миссис Тьюсбери, одиннадцатилетняя Майра, улизнула из своей спальни и в данный момент пряталась в кустах.

Майра была влюблена в Джона Фарлоу с той страстью, которая доступна юным девицам только в одиннадцать лет. Ее избранник был для нее одновременно рыцарем Ланселотом, королем Артуром, Суперменом, Шоном Коннери и Прекрасным Принцем, поэтому сейчас, прячась в кустах, Майра отчаянно страдала. Мало того, что принц уезжал в далекие края на долгие годы — за которые Майра, безусловно, умрет от горя и тоски — так еще и эта противная тетка висит у него на плече, обвилась, как плющ ядовитый, а сама крашеная, Майра видела за обедом! Печально и то, что эта вьющаяся крашеная считается — КАК БЫ СЧИТАЕТСЯ ― невестой Джона Фарлоу.

Майра невыносимо страдала — немалую роль в страданиях играли пресловутые кусты, в которых она пряталась; кусты исключительно колючие и при каждом движении шуршащие и трещащие, так что сидеть в них надо было тихо-тихо…