А вот и Васька! Жаль, только на одном снимке.

Лера с любопытством рассматривала фотографию — забавная девчонка на крыльце деревенского дома, рыжая и веснушчатая, в белой футболке и босоногая. Щурится на солнце и обнимает кота, тоже рыжего.

Гришину комнату освободили быстро. Парень — не девчонка, это у Леры все полки заставлены безделушками, косметикой и мягкими игрушками. У Гриши единственная ценность — стол с компьютерной техникой. Его и перенесли в кабинет отца.

Свою одежду хмурый Гриша пристроил в шкаф-купе, тот занимал всю стену в прихожей, места в нем хватало. Хотя дай той же Лерке волю…

Екатерина Васильевна по-детски старательно пропылесосила ковровое покрытие. Собрала красивыми фалдами сшитые на заказ шторы. Протерла полиролью шкаф и подоконник из натурального дуба. Застелила свежее постельное белье, специально выбрав пододеяльник и наволочки с яркими маками.

Пусть Васеньке снятся солнечные сны!

Последним штрихом стал новый махровый халат. Екатерина Васильевна разложила его на кровати: вряд ли у Василисы есть такой, девочка порадуется.

Что ж, все готово!

Утром следующего дня Екатерина Васильевна проснулась раньше звонка будильника. Она еще с вечера наметила съездить в коммуналку, где когда-то жила мама, — проверить комнату, завещанную Василисе.

Екатерина Васильевна убирала постель и грустно улыбалась, вспоминая мать — упрямая! И Гриня такой же, копия бабушки.

Даже когда со здоровьем стало плохо, мама наотрез отказывалась переезжать в огромную квартиру дочери. Сколько раз Екатерина Васильевна говорила ей, что мужу неловко перед знакомыми. Ведь болтают — несчастная больная женщина умирает в коммуналке, дочь с зятем о ней забыли, а сами жируют, нехорошо это…

«Бог им судья, — невозмутимо отвечала мама. — На чужой роток не накинешь платок. Отсюда Васю моего унесли, и меня отсюда же унесут…»