– Он приходил к нам в дом, по крайней мере, шесть раз. Сидел в гостиной, проверяя ее налоги. У Розмари фирма по снабжению. Называется «Партия виновных». Ха! «Неприлично вкусные деликатесы для любого случая». А дальше она просто уехала к нему. Сказала, ей нужно побыть одной всего пару недель. Но пока она говорила мне это по телефону, я слышал, как он к ней пристает.

– О, это ужасно, – посочувствовала Делия. Женщина с ребенком в тележке встала между ними и потянулась к макаронам. Делия отступила назад, чтобы не мешать.

– Если это не слишком вас затруднит, – сказал Эдриан, когда женщина отошла, – я просто постою рядом, пока вы делаете покупки. Будет довольно нелепо выглядеть, если я прямо сейчас уйду. Надеюсь, вы не возражаете?

Возражать? Да это было самым интересным событием из всех, что случились с ней за последние годы!

– Вовсе нет, – ответила Делия, подкатывая тележку к следующему отделу. Эдриан шел рядом.

– Меня, кстати, зовут Эдриан Блай-Брайс, – сказал мужчина. – Думаю, мне стоит узнать ваше имя.

– Делия Гринстед, – представилась она. И взяла бутылочку мятных хлопьев со стойки со специями.

– По-моему, я не был знаком ни с одной Делией.

– Вообще-то меня зовут Корделия. Так отец назвал.

– А вы – такая?

– Какая «такая»?

– Папина дочка Корделия?

– Не знаю теперь, – ответила она. – Он умер.

– О, извините.

– Он умер прошлой зимой.

Неожиданные, глупые слезы наполнили ее глаза. Весь разговор зашел куда-то не туда. Делия вздохнула и покатила тележку дальше по отделу, обогнув пожилую пару, склонившуюся над заменителями соли.

– Так или иначе, – сказала она, – оно сократилось до Делии. Как та песня.

– Какая песня?

– Ну та... Да вы знаете, про то, что «Делия пропала... еще один круг», папа пел мне ее на ночь.