Адреса не оказалось. Он отбросил письмо и помассировал шею. Удивления Кент не испытывал. Глупо было писать по объявлению «Сирано», возможно, это компания-однодневка. Он снова выругался, опять потер шею. Кент ощущал ломоту во всем теле, ему было тридцать два, а он чувствовал себя столетним. Если бы ему сейчас предстоял выбор между умопомрачительным сексом и полным одиночеством, он бы предпочел последнее. Да у него и не было времени ни для сна, ни для секса.

— Кент, я могу зайти?

В дверях стояла его секретарша Марлен Грант, одетая в свой обычный темный костюм и шелковую блузку.

Он восхищался Марлен. Жаль, что только на работе. Марлен была амбициозной, организованной, целеустремленной — все, что он уважал в женщинах, — и она подавала понятные сигналы. Беда в том, что в голове у него был образ совсем другой женщины, ставшей навязчивой идеей.

— Если ты занят, я зайду позже, — сказала Марлен.

Кент решил, что он займется своей «навязчивой идеей» позже. Дело прежде всего.

— Заходи, — махнул он рукой. — Раз ты здесь, мы можем обсудить винную карту.

Это были необходимые повседневные дела, которыми, кроме него, сейчас некому было заняться. Марлен села в кресло и скрестила ноги. Он скользнул по ней взглядом и заметил, что даже это она сделала организованно. Или его тридцать два уже поубавили сексуальный пыл. С этой мыслью он сел на стул.

— Может быть, мы обсудим сначала этот чайный агрегат? Я думаю, что это просто хлам, но Кону он нравится. — Она протянула Кенту толстую папку.

— Кон здесь? — быстро спросил Кент. Конрад Йорк был его партнером, по крайней мере так было записано в их соглашении. В последнее время Кон стал часто исчезать, не появлялся на работе неделями. — Марлен, мы можем отложить нашу встречу?

— Хорошо, я вернусь к трем.

— Спасибо, — сказал Кент и выскочил за дверь: слишком поздно, Кон уже ушел.

Рози подобрала почту у входной двери и с наслаждением уселась в кресло у камина.