— Сынок, она сама напросилась, — сказал он. — У нее аж зубы сводило. Вся мокренькая была. И учти: ей требовался настоящий мужик, а не сопляк-неумеха вроде тебя.

— Ты забыл, она была моя девушка? Моя девушка!

— Будет тебе наука, — наставительно сказал Ред. — Женщинам веры нет. Никогда. Все они шлюхи, в том или ином смысле. Ты скоро сам в этом убедишься.

Больше они эту тему не поднимали.

Клиент Криса, знаменитый Джонатан Гуди, собирался в Европу, где в нескольких городах должна была пройти презентация его нового фильма, поэтому Крис сел Джонатану на хвост и полетел с ним в Нью-Йорк, откуда тот должен был продолжить путь в Европу.

Тридцатилетний Джонатан Гуди был невероятно знаменит, что не мешало ему оставаться скромным и приятным человеком. Несмотря на это, его всюду сопровождала обычная для звезды свита: импресарио с орлиным взором, женщина-агент, назойливая пиарщица, мускулистый личный тренер, стилистка-лесбиянка, персональный французский повар и два исключительно шустрых помощника. Сейчас с ним была и его нынешняя возлюбленная, актриса армянских кровей с пышной кудрявой шевелюрой, очень плохо говорившая по-английски, зато много улыбающаяся, особенно перед объективами камер.

Насчет сексуальной ориентации Джонатана ходили всевозможные слухи. Голубой? Бисексуал? Или просто равнодушен к сексу?

Ответа Крис не знал и знать не хотел. Джонатан — славный, приятный парень, а что он делает (или чего не делает) в постели, никого не касается.

— Что у тебя за срочные дела в Нью-Йорке? — поинтересовался Джонатан, устраиваясь в мягком кожаном кресле. Над ним хлопотали симпатичные стюард и стюардесса, собственноручно подобранные импресарио.

— Семейные обстоятельства, — ответил Крис и пристегнулся.

— Бывшая жена? Мать? Сестры? — допытывался Джонатан не столько из интереса, сколько из вежливости.

— Бывшей жены у меня нет, — сказал Крис. — Мама умерла. Сестер никогда не было.