Макс украдкой взглянул на монитор телефона, чтобы определить, кто это звонит в одиннадцать вечера.

Леди Джейн Бэнтли, возлюбленная отца. Этой-то что понадобилось? Ни с ней, ни с отцом Макс не говорил уже несколько месяцев, хотя они и жили в одном городе. С родней он никогда не был близок.

Заинтригованный, Макс извинился и поспешил в библиотеку, откуда перезвонил Джейн.

Одним из достоинств леди Джейн было умение выражаться кратко и ясно.

— Отец хочет тебя видеть. В пятницу в девять утра приезжай, — сказала она. — Дело крайней важности, Макс.

— Что за дело? — Его охватило любопытство.

— Приезжай — и все узнаешь. Макс кивнул.

— Постараюсь выбраться, — ворчливо пообещал он.

— Твои братья тоже прилетят.

А вот это уже действительно серьезно. Может, старик помирать надумал?

«Ну что ж, — угрюмо подумал Макс, — давно пора».

Криса Даймонда звонок застал в домашнем тренажерном зале. Иметь дома спортивные тренажеры считалось в Лос-Анджелесе признаком определенного положения. Если у вас дома нет тренажерного зала с оборудованием от «Сайбекса», значит, вам приходится толкаться с потными простолюдинами в спорткомплексе типа «Коннекшен», а это означает, что вы ничего не добились в жизни. А Крису Даймонду нравилось думать о себе обратное, тем более что он был одним из самых востребованных адвокатов в Лос-Анджелесе. Отсюда и этот спортивный зал по последнему слову техники, с впечатляющей акустической системой, телеэкранами высокого разрешения по трем стенам и огромным окном во всю четвертую стену с видом на переливающийся огнями город.

Этот дом наверху каньона Коддуотер, на склоне величественной горы, он купил себе именно из-за фантастических видов. Затем последовали бесконечные переделки и перестройки, пока не был достигнут результат, которого он для себя хотел. Крис был большой педант: все должно быть четко и на своем месте. Это давало ему ощущение надежности, которого ему так недоставало в детстве.