Компьютер был разбит, та же участь постигла череп Мэнди: он был раздроблен на мелкие кусочки с той же преднамеренной жестокостью, что и все остальное в лаборатории.

Ева опустилась на колени рядом с остатками черепа. Склеить его можно будет разве что чудом. Об опознании Мэнди не следует и мечтать.

– Они что-нибудь забрали? – спросила Сандра.

– Трудно сказать… – Ева зажмурилась… – Просто все расколотили.

– Бессмысленный вандализм? Кто же это мог быть? Все соседские дети – сущие ангелы. Они бы ни за что не…

– Они – нет. – Ева открыла глаза. – Будь добра, мама, позвони Джо. Пусть немедленно приедет. – При виде растерзанного кота она прослезилась. Несчастному созданию скоро должно было стукнуть девятнадцать лет – глубокая старость для кошачьей породы, достойная менее болезненного ухода из жизни.

– Захвати коробку и простыню. Мы отнесем Том-Тома миссис Доббинс и поможем ей его похоронить.

Давай скажем ей, что он попал под машину. Зачем травмировать ее рассказом о бессердечном негодяе?

– Совершенно незачем! – С этими словами Сандра поспешно покинула разгромленную лабораторию.

Бессердечный негодяй… Судя по разгрому, негодяю, помимо бессердечия, были присущи и другие качества. Он действовал тщательно и продуманно. Цель состояла, видимо, в том, чтобы напугать Еву как можно сильнее.

Она осторожно подняла с пола осколок черепа. Даже после смерти злосчастную девочку преследовало насилие. Жизнь обошлась с крайней жестокостью и несправедливостью не только со старым котом, но и с Мэнди. С этим было невозможно примириться.

Ева подобрала все осколки черепа, но сложить их было негде. Подставка, с которой был сброшен череп, тоже превратилась в груду щепок. Пришлось положить осколки на забрызганный кровью стол.

Но почему череп оказался в одном углу комнаты, а подставка – в другом? Негодяй сперва унес его, а потом разбил. Зачем?