Она попала в настоящее царство роскоши. Бархатные обои, утопленные в стенах позолоченные светильники, с изысканным вкусом подобранные репродукции импрессионистов, густой ворсистый ковер – все здесь говорило о том, что организатор не поскупился и решил произвести впечатление на любого, кто минует дверь и незадачливого Патрика. Констанс тут же поняла, что клуб, видимо, никогда и никуда не переезжал – настолько здесь все соответствовало вкусу деда. Она не удивилась бы, если бы и сам Гийом неожиданно вышел к ним навстречу, сияя гостеприимной улыбкой.

– Ну как, нравится? – Брижит подхватила кузину под руку и повлекла за собой – сквозь многослойные, но легкие шелковые занавеси, отделявшие первую комнату от длинного коридора. – Это только начало. Пойдем скорее!

– Госпожа Фонтеро, какую маску приготовить вашей сестре? – поинтересовался охранник.

Брижит на секунду остановилась и посмотрела на Констанс.

– Она еще не решила. За масками мы придем позже.

– Я ничего не понимаю. Какие маски? – бормотала Конни, едва успевая за сестрой. – Может, ты остановишься на минуту и объяснишь, что происходит?

– Сейчас у меня в кабинете сядем и обо всем поговорим, – пообещала Бри, снимая оригинальный ключик с длинной деревянной панели, укрепленной на стене и украшенной восточным орнаментом и изысканной росписью.

В кабинете у кузины обстановка оказалась намного строже, чем в богато украшенной «прихожей» и коридоре, в котором почему-то царила темень – единственным хорошо освещенным пятном там была деревянная панель с ключами. Конни по пути ощупывала драпировки на стенах – шелковые и более тяжелые бархатные – и думала о том, зачем они здесь и что прикрывают. Однако через несколько секунд шестое чувство подсказало ей, что с противоположной от кабинета стороны находится большое пространство, отделенное от коридора мутной пеленой, и Констанс предположила, что это матовое стекло, а за ним – комната или зал. И когда в этом зале горят огни, то рассеянного света достаточно, чтобы не заблудиться здесь.